Надо Знать

добавить знаний



Горчаков Александр Михайлович



План:


Введение

Государственный канцлер Александр Горчаков

Александр Михайлович Горчаков ( рус. Александр Михайлович Горчаков * 4 июля 1798, Гапсалю (ныне Гаапсалу) - ? 27 февраля 1883, Баден-Баден) - князь, знаменитый русский дипломат, министр иностранных дел (1856-1882), с 1867 года государственный канцлер.


1. Биография

Портрет Горчакова руки Пушкина

Родился 4 июля 1798; воспитывался в Имперском Царськосельскому лицее, где был товарищем Пушкина. Горчаков до поздней старости отличался теми качествами, которые считались самыми необходимыми для дипломата, но, кроме светских талантов и салонной остроумия, он имел также значительное литературное образование, и сказывалось впоследствии в его красноречивых дипломатических нотах.

Обстоятельства рано позволили ему изучить все закулисные пружины международной политики в Европе. В 1820 - 22 годах он служил при графе Нессельроде на конгрессах в Троппау, Лайбаха и Вероне, а в 1822 года был назначен секретарем посольства в Лондоне, где оставался до 1827 года, потом был в той же должности при миссии в Риме, в 1828 переведен в Берлин советником посольства, и оттуда в Флоренцию поверенным в делах, в 1833 г. - Советником посольства в Вене.


1.1. Посол в Германии

В 1841 году он был послан в Штутгарт для устройства предлагаемого брака великой княжны Ольги Николаевны с наследним принцем Вюртембергского, а после того, как бракосочетания состоялся, оставался там чрезвычайных посланником течение двенадцати лет. С Штуттгарта он имел возможность внимательно следить за ходом революционного движения в Южной Германии и за событиями 1848-49 годов в Франкфурте-на-Майне. В конце 1850 года он был назначен уполномоченным при немецком союзном сейме во Франкфурте, с сохранением прежней должности при Вюртембергского дворе. Российское влияние господствовавшего тогда над политической жизнью Германии. В восстановленном союзном сейме российское правительство видел "залог сохранения всеобщего мира". Горчаков пробыл во Франкфурте-на-Майне четыре года, там он особенно близко сошелся с Бисмарком. Горчаков, как и Нессельроде, не разделял увлечений императора Николая восточным вопросом, и начата дипломатическая кампания против Турции вызвала в нем большие сомнения, он пытался, щонйменше, способствовать поддержанию дружбы с Пруссия и Австрией, насколько это могло зависеть от личных его усилий.


1.2. Дипломатия в Вене вокруг Крымской войны

В 1854 году Горчаков был переведен в Вену, где сначала временно управлял посольством вместо барона Мейендорфа, связанного близкими родственными отношениями с австрийским министром, графом Буолем, а в 1855 году назначен посланником. В этот критический период, когда Австрия по оценке России, после совместного подавления революций 1948 года "удивила мир своей неблагодарнистю" и готовилась действовать совместно с Францией и Англией против России (по договору 2 декабря 1854), положение русского Посланника в Вене было крайне тяжелым и ответственным. После смерти императора Николая I в Вене была собрана конференция представителей великих держав для определения условий мира, но переговоры, в которых участвовали Друен где Льюис и лорд Джордж Россель, не привели к положительному результату, частично, благодаря искусству и настойчивости Горчакова. Австрия вновь отделилась от враждебных России кабинетов и объявила себя нейтральной. Падение Севастополя стало сигналом для нового вмешательства венского кабинета, уже от себя, в виде ультиматума, предъявил России требования, по согласованию с западными державами. Русское правительство вынуждено было принять австрийские предложения, и в феврале 1856 года собрался конгресс в Париже для выработки окончательного мирного договора.


1.3. Министр иностранных дел

A.M.Gorchakov.jpg

Парижский трактат 18 (30) марта 1856 окончил собой эпоху активного участия России в западноевропейских политических делах. Граф Несельроде вышел в отставку, и министром иностранных дел был назначен князь Горчаков (в апреле 1856 г.). Тягостные впечатления Крымской войны и венских конференций наложили свою печать на дальнейшую деятельность Горчакова как министра. Общие взгляды его на задачи международной дипломатии не могли уже серьезно измениться, политическая программа его ясно определялась теми обстоятельствами, при которых ему пришлось вступить в управление министерством. Прежде всего необходимо было соблюдать большую сдержанность в первые годы, пока происходили большие внутренние преобразования, потом Горчаков поставил себе две практические цели - во-первых, отплатить Австрии за ее поведение в 1854-55 годы и, во-вторых, добиться постепенного уничтожения парижского трактата.

В 1856 году князь Горчаков уклонился от участия в дипломатических мерах против злоупотреблений неаполитанского правительства, ссылаясь на принцип невмешательства во внутренние дела чужих государств (циркулярная нота 22 [10] сентября); в то же время он дал понять, что Россия не отказывается от права голоса в международных вопросах, но только собирается с силами для будущего: "La Russie ne boude pas - elle se recueille". Эта фраза имела большой успех в Европе и была принята за точную характеристику политического положения России после Крымской войны. Три года спустя князь Горчаков заявил, что "Россия исходит из того положения сдержанности, которое она считала для себя обязательным после крымской войны". В 1859 году Россия открыто стояла на стороне Наполеона III в конфликте его с Австрией через Италию. В российско-французских отношениях произошел благоприятный переворот, который был подготовлен свидание двух императоров в Штутгарте в 1857 г. Но это сближение было достаточно уязвимым, и после торжества французов при Маджента и Сольферино Горчаков снова будто примирился с венским кабинетом.

В 1860 году он признал своевременным напомнить Европе о тяжелом состоянии христианских народностей, подвластных турецкому правительству, и высказал мнение о международной конференции для пересмотра постановления парижского трактата по этому поводу (нота 20 [8] Май 1860). Попытка не имела успеха. В октябре того же 1860 года с поводу успехов национального движения в Италии князь Горчаков говорит уже об общих интересах Европы, в духе эпохи конгрессов и традиций священного союза; в ноте 10 октября (28 сентября) он горячо упрекает сардинская правительства за то, что он действует "заодно с революцией" по Тосканы, Пармы, Модены, но протест его, хотя и поддержанный Австрией и Пруссией, не имел практических последствий.


1.4. Польский вопрос как причина пропрусськои политики

На сцену вышло польский вопрос и окончательно разрушило начатую "дружбу" России с империей Наполеона III и закрепил союз с Пруссией. Во главе прусского правительства, в сентябре 1862 года, встал Бисмарк. Времени политика российского министра шла параллельно со смелой дипломатией его прусского собрата, поддерживая и охраняя ее мере возможности. Пруссия заключила с Россией военную конвенцию 8 февраля 1863 года с целью облегчения задачи российских войск в борьбе с польским восстанием. Покровительство Англии, Австрии и Франции за национальные права поляков было решительно отклонено князем Горчаковым, когда оно приняло форму прямого дипломатического вмешательства (в апреле 1863 г.). Хорошая, и в конце, и энергетическое переписки по польскому вопросу доставила Горчакову славу первостепенного дипломата и сделала его имя знаменитым в Европе и России. Это был высший, кульминационный пункт политической карьеры князя Горчакова. Блестящий успех Пруссии в 1866 года еще больше укрепить официальную ее дружбу с Россией. Антагонизм с Францией и глухая противодействие Австрии заставлял берлинский кабинет твердо держаться русского союза и бережно охранять российскую политику от посторонних влияний.

Восстание кандиотив против турецкого гнета, длившаяся почти два года (с осени 1866 г.), дало повод Австрии и Франции искать сближения с Россией, на почве восточного вопроса; австрийский министр, граф Бейст, допускал даже мысль о пересмотре парижского трактата для общего улучшения быта христианских подданных Турции. Проект присоединения Кандии к Греции нашел поддержку в Париже и Вене, но было холодно встретили в Петербурге, потому что для Бисмарка было совсем нежелательно, чтобы Россия успела достичь чего-то Востоке ранее ожидаемой войны на Западе. Князь Горчаков не видел основания променяты берлинскую дружбу на какую-нибудь другую; вирившы следовать прусской политике, он предпочел отдаться ей с доверием, без сомнений и тревог.


1.5. Усиление Пруссии

Впрочем, серьезные политические меры и комбинации не всегда зависели от министра или канцлера, потому личные чувства и взгляды монархов составляли весьма важный элемент в международной политике того времени. Когда летом 1870 года разыгралась прелюдия к кровавой борьбы, князь Горчаков находился в Вильбади и, по свидетельству российского дипломатического органа, был не менее других поражен неожиданностью разрыва между Францией и Пруссией. "После возвращения своего в Петербург, он мог только вполне присоединиться к принятому императором Александром II решению удержать Австрию от участия в войне, чтобы избежать необходимости вмешательства со стороны России. Канцлер только выразил сожаление, что не была условлено взаимность услуг с Берлинским кабинетом, для надлежащей охраны российских интересов ("Journ. De St.Pet.", 1 марта 1883 года).

Франко-Прусская война всеми считалась неизбежной, и оба государства открыто готовились к ней с 1867 года, поэтому нельзя считать простой случайностью отсутствие предварительных решений и условий относительно такого важного вопроса, как поддержка Пруссии в борьбе ее с Францией. Российская дипломатия не только удержала Австрию от вмешательства, но старательно охраняли свободу военных и политических действий Пруссии во все продолжение войны, до заключительных мирных переговоров и подписания Франкфуртского трактата. Понятное благодарность Вильгельма I, выраженная в телеграмме 14 (26) февраля 1871 года к императору Александру II.

Горчаков воспользовался этим изменением обстоятельств для уничтожения 2-й статьи парижского трактата о нейтрализации Черного моря. На лондонской конференции было решено снова предоставить право России держать военный флот на Черном море.

После разгрома Франции, взаимные отношения Бисмарка и князя Горчакова существенно изменились. С этого времени начинается для русской дипломатии ряд горьких разочарований, которые предоставляют грустный оттенок всему последнего периода деятельности князя Горчакова. Предвидя, что восточный вопрос не возникнет снова в той или иной форме, Бисмарк поспешил устроить новую политическую комбинацию с участием Австрии как противовес России на Востоке. Вступление России в этот тройственний союз, которым было положено в сентябре 1872 года, ставили российскую внешнюю политику в зависимость не только от Берлина, но и от Вены, без всякой к тому необходимости. Связав себя этой системой предварительных соглашений и уступок, князь Горчаков допустил или вынужден был допустить вовлечение страны в тяжелую, кровопролитную войну, с обязательством не извлекать из нее соответствующего пользы для государства и руководствоваться при определении результатов победы, интересами и стремлением чужих и отчасти враждебных кабинетов. В незначительных или посторонних вопросах, как, например, в деле признания правительства маршала Серрано в Испании в 1874 г., князь Горчаков нередко расходится с Бисмарком, но шодо существенного и главного пассивно подчинялся его внушением. Серьезная размолвка произошла только в 1875 году, когда русский канцлер взял на себя роль хранителя Франции и общего мира от посягательств прусской военной партии и официально сообщил государствам об успехе своих усилий, в ноте 30 апреля (12 мая) того же года.


1.6. Контекст русско-турецкой войны и Берлинский конгресс

Все Фасиса восточных осложнений пройдены были русским правительством в составе тройственного союза, пока дело не дошло до войны, а после того как Россия воевала и справилась с Турцией, тройственний союз вновь вступил в свои права и с помощью Англии определил окончательные условия мира, наиболее выгодные для венского кабинета. Даже с объявлением войны (в апреле 1877 г.) старый канцлер связывал фикцию полномочия от Европы, так что заранее были отрезаны пути к самостоятельному и откровенного защиты российских интересов на Балканском полуострове после огромных жертв двухлетней кампании.

Князь Горчаков обещал (за рейхштадтською соглашением 8 июля 1876) представить Австрии две турецкие провинции, восстания в которых стало первым толчком к славянскому освободительного движения в российском обществе; в Англии было поручено графу Шувалову заявить, что российская армия не переступит за Балканы , но обещание было взято назад после того, как оно было уже передано лондонскому кабинету, - что вызвало недовольство и дало лишний повод для протестов. Колебания, ошибки и противоречия в действиях дипломатии сопровождали все изменения на театре войны. Движение русских войск в Константинополь было остановлено простыми угрозами Англии; Сан-Стефанский мирный договор 19 февраля (3 марта) 1878 года создавал большую Болгарию, но увеличивал Сербию и Черногорию лишь небольшими территориальными резких, оставлял Боснию с Герцеговиной под турецкой властью (в ожидании австрийской оккупации), и ничего не давал Греции, так что договором были крайне недовольны почти все балканские народности и именно те, которые принесли больше всего жертв в борьбе с турками - сербы и черногорцы, боснийцы и герцеговинцев.

О том, чтобы избежать конгресса, как это удалось Бисмарку после Садовой, не могло быть и речи. Россия предложила немецкому канцлеру устроить конгресс в Берлине; граф Шувалов и Марк Салисбери заключили соглашение 30 (18) мая по вопросам, подлежащих обсуждению государств. На берлінському конгресі (від 1 [13] червня до 1 [13] липня 1878 р.) князь Горчаков систематично уникав участі в тих засіданнях, на яких потрібно було обговорення неприємних для нього, хоча і важливих для Росії, запитань; і він надавав особливе значення тому, щоб Росії повернута була невелика смуга Бессарабії, відтята в неї за Паризькою трактатом, причому Румунія повинна була натомість отримати Добруджу. Пропозиція Англії про занятті Боснії та Герцеговини австрійськими військами було гаряче підтримана головою конгресу, Бісмарком, проти турецьких уповноважених; князь Горчаков також висловився за окупацію (засідання 16 [28] червня). Німецький канцлер підтримував кожне позитивно заявлену російську вимогу, але не міг, звичайно, йти далі російських дипломатів в захисті політичних інтересів Росії. Князь Горчаков дбав переважно про згоду держав, про інтереси Європи, про безкорисливість Росії, яка, втім, не вимагала настільки кривавих і тяжких доказів, як війна. На перший план висувалося знищення окремих статей паризького трактату, що входили до швидше за питання дипломатичного самолюбство, ніж серйозний державний інтерес.


1.7. Останні роки

Позднее часть российской прессы жестоко нападала на Германию и ее канцлера, как главного будто бы виновника российских неудач, между обоими государствами произошло остывание, и в сентябре 1879 года князь Бисмарк решился заключить в Вене специальный оборонительный союз против России. Политическая карьера князя Горчакова завершилась Берлинским конгрессом; времени он уже почти не принимал участия в делах, хотя и сохранял почетный титул государственного канцлера. Министром он перестал быть даже номинально с марта 1882 года, когда был назначен на его место М.К.Гирс. Горчаков умер в Бадене 27 февраля 1883 года.


2. Оценка деятельности

Для правильной оценки всей вообще деятельности Горчакова необходимо иметь в виду два обстоятельства. Во-первых, политический характер его выработался и установился окончательно в царствование императора Николая I, в ту эпоху, когда для России считалось обязательным заботиться о судьбе разных европейских династий, ходатайствовал о равновесии и согласии в Европе, в ущерб реальным интересам и потребностям собственной страны. Во-вторых, российская внешняя политика не всегда направляется исключительно министром иностранных дел. Рядом с князем Горчаковым, хотя и под номинальным его руководством, действовали от имени России граф Игнатьев и граф Шувалов, мало согласны между собой, и с самим канцлером; этот недостаток единства выразился особенно резко в составлении Сан-Стефанского договора и в низость его защиты на конгрессе.

Князь Горчаков был искренний сторонник мира и тем не менее должен был против воли довести дело до войны. Эта война, как высказано было откровенно в "Journal de C.-Petersbourg" после его смерти, "была полным опровержением всей политической системы князя Горчакова, казались ему обязательным для России еще на много лет. Когда война стала неизбежной, канцлер заявил, что он может гарантировать Россию от враждебной коалиции только при двух условиях, - а именно, если война будет непродолжительной и если цель похода будет умеренной, без перехода за Балканы. Эти взгляды были приняты императорским правительством. Таким образом, мы делали напиввийну, и она могла привести только к полумира ". Между тем война оказалась настоящей и очень тяжелой, а сравнительная бесплодность ее была отчасти результатом полуполитики князя Горчакова. В колебаниях и полумерами его отражалась как бы борьба двух направлений - традиционного, честолюбивого-международного, и практического, основанного на понимании внутренних интересов государства. Эта неясность исходной точки зрения и отсутствие точной практической программы оказывались прежде всего в том, что события никогда не предусматривались заранее и всегда заставали врасплох.

Трезвые, жизненные приемы Бисмарка не оказывали заметного влияния на дипломатию князя Горчакова. Он придерживался еще многих устаревших традиций и оставался дипломатом старой школы, для которого мастерски написана нота сама по себе цель. Бледная фигура Горчакова могла казаться яркой только благодаря отсутствию в России политическая жизнь, свободы критики и оппозиции.


Источники

Использование статья из энциклопедии издательства Брокгауз и Ефрон.


код для вставки
Данный текст может содержать ошибки.

скачать

© Надо Знать
написать нам