Украинская греко-католическая церковь в СССР


1. Попытки ликвидации церкви в 1939-41 годах

Российская империя систематически осуществляла попытки ликвидации Брестской унии еще во времена раздела Речи Посполитой в XIX веке. Советская власть, не скрывая своих намерений, возобновила эти попытки после оккупации западноукраинских земель в сентябре 1939 года, до этого входили в состав Польши.

Пропагандистское наступление против греко-католической церкви начал журнал "Коммунист", который 9 октября 1939 года обвинил ее структуры в сотрудничестве с "польской буржуазией" и антисоветской агитации. В то же время было закрыто 20 греко-католических изданий i начато изъятие религиозной литературы из библиотек и книжных магазинов. Были закрыты семинария и монастырские Новициат. 22 октября 1939 избраны на псевдодемократических выборах Народное собрание Украины проголосовали за декрет о национализации всех греко-католических строений, включая церквями и монастырями. Функционирование греко-католических организаций было запрещено, а священники провозглашены "общественно непригодными" i обложены высокими налогами, до 15 тысяч рублей ежегодно. Митрополит лично встречался с Никитой Хрущевым по поводу тех обременений, достигнув небольшого ослабления.

Митрополит Андрей Шептицкий издал 9 октября 1939 пастырское письмо, в котором подчеркнул трудность новой ситуации для церкви и подчеркнул необходимость воспитания детей и молодежи в духе греко-католической веры. Несколькими месяцами позже он обратился к священникам, чтобы открыто не выступали на стороне одной из политических сил, чтобы избежать дальнейших репрессий. Шептицкий позволил также отправлять служение в частных домах i смягчил основы отпущения для монахов на пребывание вне монастыря. Однако в действительности темп атеизации общества не соответствовал ожиданиям сталинской власти, и склонило власть к повышению расходов на антирелигиозную кампанию, производилась средствами связи, комсомолом и Союзом воинствующих безбожников. Увеличен и нажим на школы с требованием введения в программы атеистических предметов, а также было объявлено рабочими днями традиционные религиозные праздники.

Параллельно с атеистической кампанией также начались попытки внедрения влияния на Галицких землях Русской православной церкви. 17 октября 1939 Пантелеймон Рожновский был назначен епископом Гродненским поручению проводить миссионерскую деятельность в Западных Беларуси и Украины. В середине следующего года Николай Ярушевич стал экзархом Волынским. 28 октября 1940, несмотря на оппозицию даже православных иерархов, предостерегали от трудностей при возможной акции религиозного наворачивания, московский патриархат определенно задекларировал желание ликвидировать греко-католицизм.

Экспансия Российской православной церкви и атеизация края была прервана началом Великой Отечественной войны 22 июня 1941 года.


2. Возобновление наступления на УГКЦ в 1944-1945

Митрополит Андрей Шептицкий

Летом и осенью 1944 года советская армия заняла Восточную Галицию, а также Закарпатье по греко-католической епархией в Мукачево - Ужгороде, а вскоре расширило гегемонию и на все прилегающие территории, где жили украинского-униаты - Ряшивщину, Лемковщину и Пряшевщину. В письме к кардиналу Тисеранта (март 1944) Шептицкий выражал большие опасения в связи с возвращением советских оккупантов. Сначала советская власть не уделяла внимания вопросам атеизации. В частности было разрешено торжественно похоронить Шептицкого, что умер 1 ноября того же года и участие в похоронах представителей новой власти. Однако уже в апреле 1945 Сталин утвердил план из 10-ти пунктов, разработанный деятелями украинской компартии, который закладывал ликвидации Греко-католической церкви и усиления православных структур в Украине. Возобновились атаки на священников в прессе. Советская пресса атаковала целую историю и традиции греко-католической церкви, а также возобновила обвинения в национализме и организации антисоветского сопротивления. Особенно отличился своими статьями Ярослав Галан, сотрудник журнала Свободная Украина.

11 апреля 1945 НКВД арестовал митрополита Иосифа Слепого, преемника Шептицкого, а также 4 галицких епископов: Григория Хомышина, Ивана Лятишевский, Никиту Будку i Григория Лакота. Во время, когда епископы и другие духовники, которые отказались от "перехода" на православие, были обвинены в воображаемых политических преступлениях i сосланы в концлагеря (где ни один кроме митрополита не выжил), НКВД создало "добровольческий" движение "воссоединение" ( рус. воссоединения ) С Русской Православной Церковью. Это движение, кроме ложной опоры на священников, добровольно стремились объединения, опирался также на официальную поддержку священников, которых вынуждали к этому, в том числе и пытками. Почти сразу после завершения арестов иерархов Русская православная церковь назначила Михаила Оксюк епископом Львовским и Тернопольским, отчетливо рекомендовав скоординировать свои действия с "движением народных масс за объединение Церкви".


2.1. "Инициативная группа"

28 мая была создана так называемая "Инициативная группа по воссоединению Греко-католической церкви с Православной", во главе которой стал священник Гавриил Костельник. В этот день было написано два письма. Первый был обращен к правительству советской Украины с просьбой одобрения и признания права Группы для проведения "объединительной" кампании. Второе письмо информировал греко-католическое духовенство о том, что группа была создана "по желанию народных масс" i "не признает ни административного руководства Греко-католической церкви". 18 июня 1945 Павел Ходченко, республиканский уполномоченный Совета Русской Православной Церкви, ответил от имени правительства СССР, признавая "Инициативная группа" как единственный временный церковный орган администрации, уполномоченный управлять всеми делами греко-католических приходов, существующих на территории Западной Украины - и осуществление дела воссоединения с Русской православной церковью.

Инициативная группа была уполномочена "согласовывать с правительством все правовые вопросы, связанные с управлением греко-католическими приходами". Письмо также инструктировал Инициативная группа отправлять Ходченко "списки всех деканов, ректоров и настоятелей, которые отказались признать юрисдикцию Инициативной группы". Письмо Ходченко является единственным официально опубликованным документом, подтверждающим непосредственное участие правительства в процессе уничтожения униатской церкви. Формально, однако, эта акция не согласовывалась даже положениям советской конституции и существующего законодательства в отношении религии.

Против распоряжения Ходченко запротестовала группа греко-католических иерархов, оставались еще на свободе, во главе с архимандритом Климентом Шептицким. В письме Вячеслава Молотова они ссылались на существующее в советском праве положения о свободе вероисповедания, указывали на манипулирование фактами из истории Греко-католической церкви, в которых допускалась "Инициативная группа", добивались освобождения митрополита Слепого и других заключенных духовников. Одновременно уверяли, что греко-католики не намерены проводить антиправительственную деятельность. Однако эти действия не принесли никаких результатов. НКВД и в дальнейшем проводил аресты священников, особенно обращая свое внимание на василианов. К концу июня количество заключенных превысило 200 человек.

"Инициативная группа" проводила также так называемое "политическое перевоспитание" греко-католиков. В августе 1945 было распространено 5000 экземпляров брошюры Костельника антипапские характера, осуждающую Брестскую унию и призвала к переходу в православие. При многих частных встреч со священниками Костельник утверждал, что дело ограничится лишь формальным переходом под Русскую православную церковь, но будет сохранена возможность отправлять обряды без изменений, и только такой выход является наилучшим для верующих. Одновременно представители "инициативной группы" систематически информировали власти о священниках, которые опирались перехода. Эти священники, - поскольку они не согласились на подписание документа, который свидетельствовал об их переход в православие - были не только автоматически устранены из своих приходов, но и зачастую также арестованы. Такое сочетание различных форм давления "Инициативная группа" считала эффективным - в октябре 1945 Костельник оценивал, что до конца года максимум только сотня священников будет негативно относиться к "реунификации". Но он признавал, что среди лиц, которые согласились на переход, есть много таких, кто совершил это из страха или стремясь продолжить свою пастырскую деятельность под предлогом подчинение власти.

Работа инициативной группы лично контролировал тогдашний глава КПУ Никита Хрущев. Об этом свидетельствует, в частности, письмо от 17 декабря 1945 Сталину, в котором говорилось:

Находясь в Москве, я информировал Вас о проделанной работе с целью уничтожения униатской церкви и о переходе униатского духовенства в православную церковь. В результате проведенной работы среди униатских священников была образована "инициативная группа" ... Передавая документы сотруднику НКВД и референту по конфессиональным вопросам при Совнаркоме УССР Даниленко, они попросили, чтобы, в случае положительного решения вопроса, письмо Совнаркома не публиковавшийся до тех пор, пока они не разошлют по епархиям второй документ. Все документы разрабатывали церковники, наши люди в дирижировании этих документов никакого участия не брали. [1]

3. Львовский собор 1946

Кульминация "обьеднювальнои" кампании наступила на так называемом Львовском соборе в марте 1946, когда собрание избранных иерархов "аннулировали" Брестскую унию (этот съезд не был согласован с каноническим правом). Кроме того, что сталинская власть никогда формально ликвидировала Греко-католическую церковь, в 1949 г. насильно влито в Русскую православную церковь Греко-католическая церковь на Закарпатье, и аналогично осуществлено "объединение" в греко-католической епархии Пряшева в восточной Словакии. В 1948 ликвидировано унию в Румынии и введен православия также в 10 украинских греко-католических приходах в районах, граничащих с Закарпатьем. Греко-католическая церковь была де-факто также отменена в Польше в 1947 - 1949 годах.

Греко-католическая церковь в УССР после II мировой войны была представлена ​​4 епархиями с 2326 приходами, более 4000 храмов и около 3,5-4 млн верующих. Пастырские услуги предоставляли 8 епископов и около 2400 священников. 4 епархии удерживали богословские академии, 4 духовных семинарии с 565 слушателями, а также 35 мужских монастырей с 155 монахами и 347 братьями и 123 женских монастыря с 979 монахинями.

Насильственное "объединение" не сработало существование Греко-Католической Церкви. Выжил она в формально православных структурах как "подпольная" Униатская церковь, в ГУЛАГа, в изгнании и в подполье на территории Западной Украины. Однако право на легальное функционирование получила лишь на переломе 1989 - 1990 лет.


4. Греко-Католическая Церковь после смерти Сталина

Смерть Сталина в марте 1953, борьба за власть после него и кампания так называемой десталинизации начата Никитой Хрущевым оказали значительное влияние на Украинскую греко-католическую церковь. Через несколько месяцев после смерти диктатора, митрополит Иосиф Слепой, для которого 8-летний приговор закончился в апреле 1953, по приказу Берии, был переведен из лагеря в Мордовии в Москвы. Ища союзников в борьбе за власть в Украине и в других нерусских республиках, Берия выступил против русификации Западной Украины. Его посланцы начали тайные переговоры с И.Слипого по нормализации отношений с Ватиканом и легализации Греко-католической церкви на Западной Украине. Разговоры с митрополитом были внезапно прерваны после ареста Берии. И. Слепой не принял предложения КГБ об отречении от верности Папе Римскому взамен на свободу и высокое положение в Русской православной церкви, был снова приговорены к ссылке в Красноярский край, где находился в непонятном статусе напиввьязня до следующего ареста в 1958. В 1955 - 1956 годах, в связи с ликвидацией Хрущевым системы лагерей ГУЛАГ, несколько греко-католических священников и монахов были освобождены из лагерей и разрешено им вернуться в Западную Украину.

Среди них были два епископа: Николай Чарнецкий, который вернулся во Львов, и Иван Латышевский, епископ помощник по Станиславовской епархии, который вернулся к Станиславу (ныне Ивано-Франковск). Хотя им и была запрещена пастырская деятельность, они продолжили свои епископские обязанности, рукоположив определенное количество священников. Поскольку многие греко-католических священников, формально служили священники православные обратились к епископам с просьбой о отпущения грехов и повторное принятие их в лоно Греко-католической церкви, в 1956 епископ Чарнецкий принял решение, чтобы они продолжали оказывать пастырские услуги верным в Православной церкви, тайно принадлежа к Греко-католической церкви. Таким образом, нелегальная Греко-католическая церковь, не имея никакой возможности легально служить верным, формально утвердила свое присутствие в Православной церкви благодаря "подпольном" греко-католическому духовенству, - и даже пополняя в определенной степени ряды своих священников в "подпольных" греко- католических духовных семинариях.


5. Новое обострение курса по Греко-Католической Церкви

Десталинизация, так же как и превращение Греко-Католической Церкви в Польше в 1956 - 1957 годах, вернули надежду на повторную легализацию Греко-католической церкви в Западной Украине. Поступила огромное количество спонтанных обращения верующих о легализации, а в нескольких приходах было отказано от православия. Опубликование в декабре 1957 резолюции, принятой на конференции деканов Львовской епархии, которая состоялась в Почаевской лавре в октябре, изуродовало те надежды. Резолюция отчетливо подчеркнула, что отношение советского правительства к Украинской Греко-Католической Церкви не изменилось, и в дальнейшем она трактованная как орудие в руках "врагов отечества".

Скорее, недвусмысленным сигналом обострения линии поведения власти относительно Греко-Католической Церкви, был арест весной 1958 сосланного митрополита И.Слипого под предлогом нелегальных контактов с духовенством и передачи пастырских и других писем. После длительных слушаний в июне 1959 на закрытом процессе в Киеве ему была присуждена дополнительные 7 лет заключения. И только разговоры между Папой Иоанном XXIII и Н. Хрущевым в 1961 - 1963 годах принесли освобождение митрополита из заключения в конце января 1963 4 февраля 1963, после тайного назначения Василия Величковского епископом-экзархом Львова, И.Слипый оставил Москву и отправился в Рим. Но ватиканские-московское сближение НЕ улучшило положения Греко-Католической Церкви в Украине - очень быстро возобновились репрессии против действующих в подполье униатских епископов и духовенства.

Относительное улучшение отношений совпало с конечной фазой "десталинизации" советской антирелигиозной политики, проводимой Хрущевым, главной целью которой в конце 50-х годов стала Русская Православная церковь. Перед смещением Хрущева в конце 1964 были закрыты многие православных святынь, монастырей и духовных семинарий.

Выискивая способы дружественности с Кремлем, Московский патриархат восстановил свои функции вдохновителя и защитника советской внешней политики. Русская Православная Церковь в 1960 поступила в Всемирного совета церквей и начала контакты с Ватиканом. Существенным пунктом в отношениях патриархата с Ватиканом стала нелегальная в СССР Украинская Греко-католическая церковь. Самым большим желанием Москвы в этом смысле был отказ папы от униатов, что привело бы к "настоящего" сближения между русским православием и католиками. Задачей минимум было сохранение статуса кво и содержание Ватикана от принятия легализации Греко-католической церкви в мировом масштабе.

Московский патриархат надеялся, что сближение с папой знейтрализувалы бы нажимы униатских эмиграционных кругов на Ватикан, и одновременно здеморализувалы бы подпольную Церковь в Украине. В обоих случаях патриархат достиг несколько успехов во время понтификата Павла VI, который совпал с периодом управления Леонида Брежнева.


6. Брежневский период

Памятник митрополиту И. Слепому в Харькове

Греко-католическое духовенство, не уничтожено дисциплинарными санкциями в 1965 - 1966 годах, в середине 1966 г. начало править в воскресенье и важнейшие праздники службы в недействующих церквях в Западной Украине, проверяя как такие действия будут восприняты властью. До августа 1967 около 200 церквей было таким образом открыто украинское католиками в Галиции, а большое количество "принятых" в лоно Православной церкви священников тайно искала возможность возвращения в лоно Греко-Католической Церкви.

Многочисленные обращения по легальной регистрации украинских греко-католических приходов были отвергнуты властями. В июле 1967 львовский отдел КГБ и окружной комиссар Совета по делам религий заявили епископу Величковскому, что:

  • действия греко-католического духовенства (открывание церквей, публичное отправление служб, проповеди) вне закона и должны будут сразу со всей строгостью наказаны;
  • греко-католические приходы не могут быть зарегистрированы, так Греко-католическая церковь, по мнению властей, была союзником немцев, - и как подрывная, зкомпрометована i осуждена народом структура была ликвидирована;
  • желающие украинские греко-католики могут ходить в римско-католических костелов;
  • даже под другим названием, например. католики восточного обряда, униаты не будут зарегистрированы в и признаны, поскольку нет закона, который бы санкционировал такие шаги.

Но, несмотря на эти оговорки, большинство активного духовенства открыто продолжали пастырскую деятельность. Восстановление легализации Греко-католической церкви в соседней Чехословакии в июне 1968 (не был отменен после советского вторжения в августе) и позднее возвращение большинства приходов, отданных в 1950 г. поддерживаемой правительством Православной церкви, ободрило униатов в Галиции и склонило кардинала И.Слипого к отправке в 1968 г. меморандума в Президиум Верховной Рады Украины с призывом к легализации Церкви. Встреча председателя Верховного Совета СССР Николая Подгорного с Папой Павлом VI 30 июня 1969 также привело к возникновению бесплодных, как оказалось, надежды на быстрый перелом в ватикано-советских переговогах о легализации Греко-католической церкви.

Но, подобно как в 1957 г., перспектива того, что УГКЦ выйдет из подполья, заставила Русскую Православную Церковь в 1968 г. требовать от власти заверения недопущения этого. В октябре 1968 началась новая волна репрессий против Украинской Греко-католической церкви. Ее кульминацией в 1968 - 1969 годах был арест и заключение епископа Величковского и двух подпольных священников. В провинции пустые церкви, используемые греко-католиками, уничтожались местными властями или использовались для различных светских целей; несколько было преобразовано в музее атеизма. В некоторых местностях дошло до столкновений между милицией и верующими, а в случаях верующие были грубо избиты или временно задержаны милицией. На священников, замеченных при отправке службы, накладывались штрафы.

Эта восстановленная волна репрессий совпала с атакой Москвы на политические выступления в Украине, проявлением которых была поддержка украинского диссидентами восстановление греко-католической церкви. Начало 1970-х годов также характеризовался значительным ростом клеветнических и устрашающий публикаций в средствах массовой информации.

Новые атаки поделили греко-католическое духовенство перспектив легализации их церкви. Многие из них подверглось мысли, что режим никогда не признает Церкви и возможно "компромиссное" решение, упоминаемое функционерами КГБ во время допросов. Но это было только подвох, имевший целью отмены, разделение и деморализацию подпольной Церкви. Другие в дальнейшем искали какого-то modus vivendi и надеялись на какой-то Ватиканской-московский решение, который бы способствовал признанию статуса Греко-католической церкви.

В 1972 - 1973 годах украинские католики направили в правительство много заявлений о легализации Церкви, однако страх перед репрессиями усложнял сбор подписей. Петиция, завезенная в Москву в феврале 1973 делегацией под руководством o. Владимира Прокопива насчитывала 1200 подписей.

Инициатива отца Прокопива, который замахнулся зарегистрировать Церковь под теми условиями, не нашла большой поддержки среди униатского духовенства. Те предложения выглядели как еще одна попытка разлома Церкви изнутри. Заключительный акт Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Хельсинки в августе 1975 означал важный шаг на пути установления международного контроля прав человека в СССР, особенно свободы вероисповедания. Для подпольной униатской церкви, самой запрещенной религиозной группы в Советском Союзе, Хельсинкский процесс, со своими регулярными смотровыми конференциями, привлечением независимых контрольных органов за рубежом и неформальных хельсинкских групп в СССР (Украинская группа была создана в ноябре 1976), открыл путь к интернационализации Греко-католической церкви. Начиная от конференции в Белграде конце 1977, вопросы нарушения религиозных прав украинских греко-католиков постоянно прямо или косвенно поднимался в выступлениях и документах американской, канадской, ватиканской делегаций и делегаций других западных стран, оказывая на советское правительство ощутимое давление.

В конце весны 1978 совершена еще одна попытка, скорее всего в результате предложения украинской власти, нахождение решения по формуле "Римско-католическая церковь восточного обряда". Инициативная группа наметила устав такой Церкви, предлагая, чтобы ее главой был определен Папой римо-католический епископ из Литвы, тем самым стремясь ограничить деятельность духовенства к литургии и обрядов (финансы и администрирование приходской дел должны были осуществляться светскими приходской консультативными советами, как это было гарантировано советским законодательством в сфере "верований").

5 июня 1978 проект устава был предложен Совету по делам религий в Москве, однако этот процесс не получил дальнейшего развития. Даже если бы власть не медлила с ответом, неуверенность относительно будущего направления ватиканской "восточной политики" могла бы вскоре определить судьбу проекта. 6 августа 1978 умер папа Павел VI. После внезапной смерти 29 сентября того же года его преемника - Иоанна Павла И, очередным папой стал 16 октября 1978 Иоанн Павел II.


7. Иоанн Павел II и конфронтация в деле Греко-католической церкви

JohannesPaul2-portrait.jpg

Восхождение на Святой Престол Иоанна Павла II означало введение Ватиканом политики поддержки Украинской греко-католической церкви. Опасения советской власти относительно намерений нового папы были подтверждены опубликованием письма кардинала Иосифа Слепого, написанного 19 марта 1979, который касался 1000-летия Крещение Руси, что приходилось на 1988. В своем письме Иоанн Павел II подчеркнул сохранения актуальности Брестской унии, составлял долг украинского греко-католическом епископата, духовенству и верующим, подвергшихся несправедливости и преследований во имя Христа и продемонстрировали веру в Бога и Церковь. Косвенно направляя свои слова к советскому правительству, папа ссылался на Всеобщую декларацию прав человека, призывая власть позволить каждому верующему исповедовать его собственную веру, как и участия в общественной жизни Церкви, к которой данное лицо принадлежит.

Письмо папы к И.Слипого вызвал потрясение и беспокойство в ватиканском Секретариате по делам Христианской единства, под руководством кардинала Йоханнеса Виллебрандса, так же спровоцировав враждебную реакцию Москвы. Московский патриархат сразу отложил богословскую встреча с Римско-католической церковью в Одессе, а 4 сентября 1979 представитель патриархата, ответственный за зарубежные отношения, митрополит Ювеналий, написал кардиналу Виллебрандса, угрожая "публичной критикой", если Виллебрандс быстрее не объяснишь "точного назначения" папского послания И.Слипого. Неуспокоенный дипломатической ответом Виллебрандса Москва запротестовала снова после того, как Иоанн Павел II в 1980 созвал Чрезвычайный мировой синод украинских епископов, на котором утвердил выбор архиепископа Мирослава Любачивского на коадьютора с правом правопреемства после архиепископа Львова, И. Слепого, обеспечивая преемственность греко-католической метрополии в Галичине. Дальнейшее обострение отношений на линии Москва-Ватикан произошло, когда синод украинских епископов снова собрался в Риме, где 2 декабря 1980 принял постановление, однозначно и четко определила Львовский собор 1946 как канонически недействителен и недействительна.

Протест Патриарха вызвал широкую дискуссию в курии на тему приоритетов в политических и экуменических отношениях Ватикана с Москвой и влияния московского недовольство на позицию Римско-католической церкви в советском блоке. Ответ папы была направлена 24 января 1981 и была компромиссом, который не мог удовлетворить ни патриархата, ни украинских греко-католиков: Апостольская столица, выражая неизменную позицию, признающую права Украинской греко-католической церкви, болела, чтобы заявление сначала оказалась в прессе, i появилась возможность просмотра документов . По той же причине Рим немедленно сообщил все нунциатуры в странах, где проживали общины украинских греко-католиков, о том, что эти тексты не получили одобрения и не имели официального характера.

Ситуация в советской прессе весной 1980 не оставляла сомнений, что Иоанн Павел II рассматривается как удобный и грозный враг. Поэтому и была развернута антипапские и антиуниатскую кампанию, которой в Украине руководил Леонид Кравчук. Он проинформировал конференцию православных епископов, власть в Украине начала массовые пропагандистские акции и осуществила административные меры с целью поборення поддерживаемой Ватиканом "националистически религиозной подрывной акции".


8. Переходный период

Последние годы правления Брежнева и переходные управления Юрия Андропова и Константина Черненко характеризовались ростом политического контроля, атакування любых проявлений идеологических отклонений и эскалацией так называемой контрпропаганды таким воздействиям извне, как: национализм, католицизм, религиозный фундаментализм, сионизм и американский империализм. В то время, когда постепенно наступало "патриотическое" сближение между Кремлем и Русской православной церковью, запрещена Украинская греко-католическая церковь была подвергнута очередной волны репрессий. В течение первой половины 1980 г. убиты три униатских священников, а в начале 1981 трех других были арестованы. В то же время советские спецслужбы применяли новые, изысканные методы проникновения и манипулирования с целью разделения подпольной Церкви и нарушение ее надежности за рубежом.

Также в начале 1980-х годов некоторые священники и заинтересована светская молодежь приняли усилия для распространения за рубежом информации о драматическом положении униатов и их действия для утверждения Церкви. В сентябре 1982 под руководством Иосифа Терели сформировалась "Инициативная Группа в деле защиты прав верующих и Церкви". После ареста Терели и осуждение его к лишению свободы на один год в декабре 1982, руководство перешло к Василию Кобрина, который в свою очередь был приговорен к 3-х лет принудительных работ в ноябре 1984. С начала 1984 Группа начала нерегулярно распространять бюллетень "Хроника Католической церкви в Украине", в основном подготовлен Иосифом Терелей.

Одной из причин появления бюллетеня, кроме негативной атмосферы вокруг движения за легализацию Украинской греко-католической церкви, было чувство кризиса углублялся в подпольной Церкви. Источником этого кризиса было старения и вымирания священников, были обучены в "нормальных" условиях (перед уничтожением Церкви), и не могли быть замещены таким же количеством хорошо подготовленных молодых священников. Другим поводом было то, что в течение почти 40 лет прибывало все больше "криптокатоликив", которые посещали православные храмы. Среди них работала новая генерация ортодоксальных священников, не воспитывались в униатской традиции и постепенно отталкивались от Украинской греко-католической церкви и могли не вернуться к ней, пока та была в подполье и не получила признания режима.

7 сентября 1984 в Риме скончался кардинал И. Слепой. Его преемником стал, как запланировано, архиепископ Мирослав Любачивский, которого 25 мая 1985 Папа Иоанн Павел II назначил кардиналом.


9. Состояние УГКЦ в начале правления Горбачева

Занятие высшего поста в партийном руководстве Михаилом Горбачевым и начало "Перестройки" принесли много политических уступок. В 1986 - 1987 годах почти все украинские политические и религиозные заключенные были освобождены и доказали, что являются основой восстановленного движения за человеческие, национальные и религиозные права в Украине.

В то время, как уменьшалось опасения перед массовыми политическими репрессиями, подпольная Церковь становилась смелее и заметнее. Опробовуючы пределы реформ Горбачева, возобновила активность Инициативная Группа, название которой в конце 1987 - после выезда Й.Терели в Канаду - было изменено на "Комитет защиты Украинской католической церкви", во главе которого стал недавно освобожден из заключения политический диссидент Иван Гель.

Комитет начал выдавать нецензируемый журнал "Христианский голос", вместо "Хроника". Пользуясь наступлением ?гласности?, украинские католические деятели организовали кампанию возвращения Церкви довоенного статуса - отправляли публичные службы для большого количества греко-католических верующих, особенно в местах паломничеств, собирали подписи под требованиями восстановления греко-католических церквей, полной реабилитации и легализации Церкви, поощряли публичной конфронтации с властью в сфере конституционного права украинских католиков на религиозное признание. Используя поддержку неукраинских диссидентских групп в Советском Союзе, Комитет начал также предоставлять западным средствам массовой информации письменные и записанные аудио и видеокассеты доказательств существования массовой поддержки для восстановления Греко-католической церкви, а также свидетельства о репрессиях по ней со стороны советских властей.

В начале августа 1987 группа украинских греко-католических священников, монахов и светских лиц, среди которых были епископы Павел Василик и Иван Семедий объявила, что "выходит из подполья", и призвала Папу Римского, чтобы он "поддержал всеми возможными способами легализации Украинской греко-католической церкви в СССР". Вскоре другие украинские католические епископы, среди других митрополит Владимир Стернюк из Львова и епископ Софрон Дмитерко из Ивано-Франковска, присоединились к желающим легализации. Папа Иоанн Павел II многократно высказывался относительно украинских католиков в СССР, большие надежды связано с предстоящими торжествами по случаю 1000-летия крещения Украины-Руси.

Папа праздновал тысячелетие совместно с лидерами Украинского греко-католической церкви i пилигримами в Риме в июле 1988. Свой приезд он узалежнив от возможности составления пастырского визита в Украинской греко-католической церкви, а также потребовал символической платы за передачу делегации высокого ранга на торжества в Москве и Киеве - официальной встречи между кардиналами Агостино Казароли и Йоханнесом Виллебрандс, и делегацией Украинской греко-католической церкви под руководством епископов Филимона Курчабой i Павла Василика, которая должна была состояться в Москве 10 июня.

17 сентября 1988 владыка Павел Василик был приглашен в Москву, где за круглым столом обсуждались дела связаны с УГКЦ в СССР. Участниками этой встречи также были четверо американских сенаторов и представители Верховного Совета СССР.

Однако советские чиновники в Москве и в Украине, долго отрицали существование Украинской греко-католической церкви, отвергли инициативы по легализации. Советский пресс-секретарь аргументировал, что легализация является внутренним делом Российской православной церкви, а и - против каких-либо изменений существующего положения в Западной Украине. Чиновники заявили, что Украинская греко-католическая церковь не является религиозной организацией, а "чисто политическим", "националистической" и "сепаратистской" и поэтому не подлежит регистрации как вероисповедания - и в дальнейшем утверждалось, что Униатская церковь поддерживает националистических лидеров в Украине и за рубежом .

Русская православная церковь, положение которого зависит от 1987 значительно улучшилось, и в стране, и за рубежом, высказывалась против отмены сталинской запрета на деятельность греко-католической церкви, а также против выхода принудительно "присоединенных" к Московскому патриархату униатских епархий и приходов в Галиции и Закарпатье.

Летом 1988 года властями приняты новые репрессивные указы о общественные собрания и демонстрации "без разрешения", которые были направлены против украинского католического духовенства и светских активистов, накладывая на них очень большие штрафы и административные наказания. Конце 1988 советская власть отреагировала на стремление легализовать Украинскую греко-католическую церковь передачей более 700 до сих пор закрытых провинциальных униатских церквей наспех сформированным православным "двадцатки" (тогдашние положения определяли, что 20 верующих могут направить представление на регистрацию религиозной общины) в первую очередь в местностях, где преобладали греко-католики.

7 февраля 1989 делегация УГКЦ во главе с Павлом Василиком отбыла в Москву для переговоров, на которых потребовала от центральной власти СССР признания УГКЦ.

Ожидалось, что новые законы о свободе совести, что должны были вступить в силу, будут способствовать легализации Украинской греко-католической церкви. Но в мае 1989 года Киевский митрополит Филарет объявил на пресс-конференции во Львове, в присутствии председателя Совета по делам религий в Украине Н.Колесника, что новый закон ?не реанимирует" униатов, и предложил, чтобы украинские греко-католики ходили действующим римско-католических церквей, а те, кто тесно связывает себя с восточным обрядом, ходили в православных церквей. Высказался также, что легализация унаитськои церкви может спровоцировать столкновения между православными и греко-католиками.


10. Радикализация движения за легализацию УГКЦ

Собор св. Юра во Львове

В ответ на заявление митрополита Филарета о том, что Украинская Греко-Католическая Церковь никогда не будет легализована, 4 епископы и 10 священников 16 мая 1989 подали обращение к Горбачеву, в котором опровергли 160 политических обвинений в адрес Церкви, декларировали поддержку реформ Горбачева и требовали легализации УГКЦ.

16 мая 1989, накануне Съезда народных депутатов СССР, в Москву вновь прибыла делегация в составе епископов Павла Василика, Софрона Дмитерко, Филимона Курчабой, священников Г. Симкайло, В. Вийтышина (ныне митрополит Ивано-Франковский) Т. Сенькива (ныне апостольский администратор Стрыйской епархии, Игоря Возняка (ныне митрополит Львовский) и многих верующих, чтобы встретиться с с Президиумом Верховного Совета СССР.

После того, как представители власти 17 мая не явились на назначенную встречу, епископы и священники в Москве начали голодовку, которое привлекло внимание иностранных телевизионных медиа и попало на первые полосы газет. 18 мая делегацию принял представитель Президиума ВС СССР, которому передали обращение к Горбачева. После отъезда делегации, различные группы греко-католиков по очереди проводили голодовку в течение 4 месяцев. Эти голодовки сопровождались публичными молитвами и агитацией украинских делегатов Съезда народных депутатов СССР, 4 из которых безуспешно пытались поднять вопрос легализации УГКЦ на сессиях Совета. Деятельность украинских греко-католиков в Москве привлекла внимание не только международной общественности, но и получила поддержку русских православных диссидентов и демократических кругов. Но самым достижения голодающих в Москве стало благосклонное освещение событий реформаторской газетой "Московские новости". Впервые газета подвергла сомнению официальную советскую версию об "объединении униатов" и обвинила Русскую Православную Церковь в поддержке репрессивных методов Сталина по сторонников Греко-Католической Церкви.

Легализация Украинской Греко-Католической Церкви могла серьезно подорвать позиции Русской Православной Церкви в Западной Украине, поэтому Московский патриархат и партийный аппарат Владимира Щербицкого решительно выступали против этого. В мае-июне 1989 дело униатской церкви привела к расколу в рядах советских политиков, задерживая принятие долгожданного "Закона о свободе совести". А также привела к тому, что Ю.Христораднов заменил К.Харчева на посту председателя Совета по делам религий СССР. Ю.Кашлев, глава советской делегации на Венской конференции высказал мнение, что каждое вероисповедание имеет право на регистрацию. В дискуссиях о Греко-католическую церковь проблема, до сих пор признавалась внутренним делом Православной церкви была перенесена в сферу ответственности. Кашлев также подчеркнул, что вопрос униатов должно быть быстрее решен.

Основным событием, смогла ослабить сопротивление легализаиции Греко-католической церкви, стала беспрецедентная демонстрация 17 сентября 1989 во Львове, в которой, по официальным данным, приняли участие около 100 тысяч сторонников греко-католической церкви. Большие демонстрации проходили и в других городах Западной Украины. Движение за легализацию, возглавляемый Иваном Гелем, был усилен украинской городской интеллигенцией, что организовывалась в различных неформальных обществах, в том числе в Народном движении Украины за перестройку.

20 сентября Щербицкий i Чебриков Виктор Михайлович были выведены из Политбюро ЦК КПСС, а 28 сентября Щербицкого на посту 1-го секретаря КПУ заменил Владимир Ивашко. Таким образом с верхушки КПУ были устранены сторонники предыдущего курса по УГКЦ. Пленум ЦК КПУ, который состоялся 18 октября, отразил углубление неопределенности ГК относительно будущего статуса Украинской Греко-Католической Церкви.

На фоне усиления напряжения приход святых Петра и Павла Русской Православной Церкви во Львове 19 августа 1989 объявила себя частью Украинской Автокефальной Православной Церкви (УАПЦ). Вскоре две львовские прихода его примеру, а затем эти шаги повторили несколько приходов во всей Галичине. Власти сначала наложила на них административные санкции, но позже их отменила, стремясь избежать конфронтации с приходами и местными ячейками НРУ, которые распространили свое влияние на УАПЦ. Не исключено, что советские чиновники в сторонниках автокефалии видели "меньшее зло", чем у униатов. Возможно, власть надеялась на конфликт между униатами и сторонниками автокефалии, что в должно было разделить зисередины украинское национальное движение.

22 октября 1989 епископ Русской Православной Церкви Иван Бондарчук (галичанин по происхождению), который только оставил епископскую службу в Житомире, принял провод над Автокефальной Церковью.

29 октября украинские греко-католики под руководством молодого священника Ярослава Чухния мирно заняли одну из самых многочисленных церковь Преображения Господня. До возвращения Собора святого Юра в августе 1990, эта церковь стала центром греко-католицизма в Галиции.

26 ноября, за неделю до встречи Горбачева с папой Иоанном Павлом II в Риме, во Львове состоялась демонстрация с требованиями возврата Собора святого Юра греко-католикам при участии более 100 тыс. верующих УГКЦ.


11. Частичное признание Греко-Католической Церкви

Апостольская Столица постоянно поднимала вопрос прав украинских греко-католиков в многочисленных контактах с Кремлем с момента потепления советско-ватиканских отношений в начале 1960-х годов - хотя и без должного отклика. В июне 1988 г. Ватикан раз объявил о своем стремлении легализации УГКЦ, когда делегация под руководством кардиналов Казароли и Виллебрандса участвовала в торжествах в Москве по случаю 1000-летия Крещения Киевской Руси.

Горбачев ответил на предложения Папы только в августе 1989. Было установлено переписки между Кремлем и Московским патриархатом с одной стороны, и Апостольской Столицей - с другой. Горбачев утверждал, что это Ватикан и Московский патриархат должны достичь консенсуса в греко-католическом вопросе. Впоследствии в письме Патриарха Пимена к Папе от 16 августа 1989) было предложено решение, неприемлемое для Ватикана: фактическую ликвидацию Греко-Католической Церкви путем присоединения к Православной Церкви тех униатов, которые ставили восточный обряд более католические догмы, и в Римско-Католической Церкви - тех, кто больше привержен к католицизму.

Стратегия Москвы заключалась в получении пользы от разногласий в Греко-Католической Церкви между ее "восточной" и "римской" ориентациями, накопленных недоразумений между Ватиканом и автономным движением в эмиграционной УГКЦ, который выступал за назначение отдельного патриарха для греко-католиков вне Украины. Компромиссную формулу обсудили во время визита в Москву секретаря Ватикана по международным отношениям, архиепископа Анджело Содано в Москву 19 - 21 октября 1989 и его встречи с Горбачевым, министром иностранных дел СССР Е.Шеварнадзе и председателем Совета по делам религий Ю.Христорадновим. Ватикан получил заверения, что новый закон о свободе совести и религиозных организациях легализует УГКЦ, но советская сторона настаивала, чтобы отдельные аспекты легализации были согласованы Ватиканом, Кремлем и Московским патриархатом на основе тесного экуменического диалога между Римско-Католической и Русской Православной Церквами.

Надежды Папы признания Украинской Греко-Католической Церкви в СССР вновь прозвучали в его ответе на августовский письмо патриарха Пимена представлен 1 ноября Святому Синоду кардиналом Виллебрандс и его преемником на посту председателя Папского совета по делам содействия христианскому единству, архиепископом E.Кассиди. Московский патриархат согласился только на то, что греко-католики имеют право на легальное вероисповедания. Вопрос их допуска к пастырских должностей и другие нерешенные проблемы должны быть оставлены для будущих переговоров между Ватиканом и Патриархатом. Таким было фактически окончательное решение Русской Православной Церкви, объявлено Папе в послании патриарха Пимена, привезенного в Рим митрополитом Ювеналием 27 ноября.

Встреча Горбачева с Папой 1 декабря 1989 обозначила сближение между Ватиканом и Кремлем. Папа Римский раз выразил стремление возможности свободного вероисповедания для римо-и греко-католиков, а Горбачев заверил Иоанна Павла II, будущий закон о свободе совести даст всем религиозную свободу. В итоге достигнуто понимание по установлению двусторонних дипломатических отношений, а Папа принял приглашение Горбачева посетить СССР. Утверждая, что откровенная легализация униатской церкви вызвала бы религиозной беспокойство в Западной Украине и доказала бы к конфликту с Московским патриархатом, Горбачев отказался положить на власть непосредственную ответственность за решение проблемы УГКЦ, оставляя эти вопросы для проработки на основе экуменического диалога между Московским патриархатом и Ватиканом.

1 декабря 1989 советское пресс-агентство "Новости" и средства массовой информации в Западной Украине кратко изложили "Декларацию Совета по делам религий, направленную в Совет Министров УССР", датированную 20 ноября. Львовская пресса назвала "Декларацию" фактическим признанием прав еще запрещенной Украинской Греко-Католической Церкви. Но в Декларации утверждалось, что греко-католики могут пользоваться всеми правами, предусмотренными законом о регистрации обществ в УССР при условии неукоснительного соблюдения Конституции СССР и законодательства в сфере верований. Все культовые сооружения, самовольно захваченные верующими УГКЦ, должны быть возвращены местным властям. Предоставление этих зданий религиозным объединениям будет реализовано по воле самих верующих. "Декларация" предусматривала проведение в случае необходимости местных референдумов с участием независимых наблюдателей и предостерегала от совершения какого-либо влияния на верующих.

Вместе с тем председатель Совета СССР по делам религий М.П.Колесник пояснил, что Совет не рассматривал каноничность структуры и иерархии Украинской Греко-Католической Церкви, а лишь право "группы верующих" по ходатайству о государственной регистрации (признания) и возможность разгосударствления недействующих культовых сооружений. Не было речи ни о возвращении церквям церковного имущества и собственности, национализированных государством, ни об аннулировании решения Львовского псевдособора 1946, формальную реабилитацию Церкви или компенсации нанесенного ей ущерба.

Ответом украинских греко-католиков на обещание легализации было перебрання своих бывших церквей от Русской Православной Церкви. К началу января 1990 более 120 церквей были возвращены в Галичине. К концу месяца это число выросло до 230 на территории Львовской и Тернопольской епархий и 140 - на территории Ивано-Франковской епархии.

К июню 803 храмы были проникнуты греко-католиками в вновь (хотя в большинстве своем незарегистрированных) униатских приходах во Львовской епархии, около 500 - в Ивано-Франковской епархии и 12 - на Закарпатье. Около 370 православных священников перешло к УГКЦ в Галичине. Это увеличило общее количество греко-католических священников в 767 (включая 186 монахами). К июню в Галичине в целом образован 1592 греко-католические приходы, перебраны 1303 храмы. К вновь духовных семинарий принято 485 слушателей. Около 700 сестер монахинь вели активную деятельность в Греко-Католической Церкви в Западной Украине. Водноас около 500 православных приходов перешло в УАПЦ.

Массовое перенятия греко-католиками их бывших храмов вызвало волну протестов в кругах Московского патриархата. Они обвинили униатов в незаконном занятии храмов, угрозах православным верующим и преследовании духовенства.

Изменение положения партийно-правительственного аппарата УССР повлияла также на Русскую Православную Церковь. В 1989 руководство экзархата считал необходимым сделать ряд уступок относительно украинского языка. В январе 1990 Украинский экзархат РПЦ получил новое название - Украинская Православная Церковь (УПЦ). После июня 1990 синод РПЦ выразил озабоченность уничтожением Церкви в пользу униатов и автокефальных "еретиков" в Западной Украине, и специальная комиссия Священного Синода во главе с новоизбранным московским Патриархом Алексием II посетила Украину.

В ответ на провозглашение Декларации о государственном суверенитете Украины 16 июля Русская Православная Церковь в октябре гарантировала "самоуправления" Украинской Православной Церкви, которая, однако, оставалась неотъемлемой частью Московского патриархата. Образование УАПЦ - хотя в то время и ограниченной территорией Галичины - представляла собой гораздо большую долгосрочную угрозу для РПЦ, чем возрождение УГКЦ, потому автокефальная церковь имела сторонников на традиционно православных территориях Восточной Украины.

19 августа Украинская Греко-Католическая Церковь вернула исторический собор Святого Юра во Львове, а 1 ноября - и прилегающий к нему дворец. В сентябре 250 студентов начали обучение в архиепархиального семинарии в Рудное, еще 47 семинаристов учились в семинарии в Дрогобыче. В Ивано-Франковске около 300 студентов-теологов посещали импровизированные лекции. Василиане открыли малую семинарию для 70 студентов и новициат в Креховский монастыре.

В условиях дальнейшего роста напряжения между православными и греко-католиками 10 сентября 1990 в Москве вновь встретились делегации Ватикана и Московского патриархата, впоследствии к ним присоединились три греко-католические епископы и их православные партнеры. Но 14 сентября русские православные делегаты оставили переговоры после того, как греко-католическая сторона единодушно отвергла их требование возврата тогдашних униатских храмов во Львове и Ивано-Франковске. Вскоре трехсторонняя межконфессиональная львовская окружная комиссия распалась, так как представители УПЦ и УАПЦ вышли из нее жалуясь, что местная власть симпатизирует Греко-Католической Церкви при распределении церковных храмов.

Осенью 1990 г. глава Украинской Греко-Католической Церкви кардинал Мирослав Любачивский заявил, что намерен посетить верующих в Украине весной 1991.


См.. также

Литература

  • Bohdan Bociurkiw - "Ukraiński kości?ł greckokatolicki w ZSRR za Gorbaczowa" w: "Więzi" 11-12/1991

Примечания

  1. См.. текст письма в статье Хрущев-Сталину: "Ожидаю Ваших распоряжений" (актуализирован) - www.dw-world.de/dw/article/0,, 2449338,00. html